Долго слышал про этот фильм, но посмотрел только сейчас.

Главная его ценность в том, что он снят 10 лет назад. То есть мак-пользователи работают на Mac OS 9, преданные фанаты. Недавно вышел Intel Pentium III, и это та мощность, которая должна окончательно добить и порвать Apple (оптимизированный под этот процессор Adobe Photoshop 5.5 нацелен на самых лояльных пользователей маков — специалистов по компьютерной графике). Apple продаёт лицензии на более дешёвые реплики своих моделей. Президент Dell через печать советует Джобсу закрыть компанию, продать имущество с молотка и раздать деньги акционерам.

Ещё нет iPod-а и iTunes Music Store. Ещё нет Mac OS X. Любой сотовый телефон с монохромным экраном выглядит инновацией, а аппарат с маркой iPhone выпускает Cisco.

Но уже вышел и получил большой успех iMac — новый Мак. А у Джобса есть NextCube и NextSTEP. И понимание того, как надо работать с графикой, полученное в Pixar. И Джонатан Айв. И огромный GUI-development background, который накоплен в компании.

Но создатели фильма этого пока не знают. В 1999 году Apple всё ещё компания с туманным будущим, а Билл Гейтс — самый богатый человек на планете, только что вышла Windows 98, и процесс USA vs. Microsoft начнётся только в апреле следующего года.

Всё это, с позиции людей, которые уже знают, что было дальше, смотреть очень интересно.

Отдельный фан в том, что теперь понятно, откуда хомячки черпают мифы про «кто у кого что спёр» — события фильма немного отличаются от реальных, в том числе и в том, что касается использования разработок Xerox. Потому и финал такой откровенно дебильный. Да и сам фильм снимался только для телека.

Есть большая историческая ирония в том, что Валентин Катаев приехал в Москву из Одессы, сделал спешную литературную карьеру, умер признанным лауреатом и пр., а массы знают и любят его младшего брата Петра, который в соавторстве с сослуживцем по ведомственной газете Ильёй Файзинльбергом написал два сатирических романа, несколько рассказов и повесть. Неполное собрание сочинений Катаева включает 11 томов («мовизм»-то его поздний я как раз больше всего люблю, но то ж я), а эти вдвоём оставили материала на пару томов всего.

Чувак вытащил из провинции младшего брата, тот хотел быть следователем — и год им работал — а старший насильно сделал его звездой советской литературы.

Ну т.е. я-то Катаева не меньше люблю, но я-то как раз (хоть и с натяжкой) «специалист». Мой младший брат тоже знаменитее меня, и катаевская мемуарная нежность по отношению к Петру «Евгению Петрову» Катаеву мне дико близка.